По поводу одной книги
 
 

 

По поводу одной книги,
или Вадим, не знающий о Христе

Этот текст был опубликован в конференции fido7.ru.anti-religion 19 января 2002 года. Воспроизводится частично.

 


 

Вадим Черный. «Иисус, не знавший Христа»

На просторах интернета появилось еще одно “творение”, пытающееся разобраться в вопросах зарождения христианства — книга Вадима Черного «Иисус, не знавший Христа». А вот и аннотация к нему с некоторыми отрывками из самой книги — http://www.edu.nsu.ru/atheism/books/cherny/jesus.htm

Посмотрим.

 

Иисус, не знавший Христа

Произведение посвящено исследованию истории возникновения христианского мифа. В анализе использованы современные археологические находки (папирусы из различных мест Иудейской пустыни), гностический апокриф, новейшие палеографические исследования. Делается вывод о тотальной фальсификации евангельских текстов с использованием популярных философских доктрин того времени, и описаний чудес, свойственных религиям близлежащих народов. Во многих случаев восстановлены источники евангельских тезисов. Проведено интенсивное сравнение и обнаружены заимствования из индуистских религий, культов Озириса и Дионисия.

 

Никак не может успокоится протеософская ойкуменистическая и совковая мифологическая доктрина! Но уж очень хочется все в кучу намешать! И Дионисия, и Озириса и еще кого-то. А то, что уже в 50-х годах евреи вовсю верили в воскресшего Иисуса — побоку!

 

В итоге сделан вывод о происхождении христианства в результате разгрома поселений мессианской апокалиптической секты иудеев, предположительно ессеев. Возникновение христианства датируется 68—70 гг. н. э.

 

Угу... Иисус — как бы миф и при Пилате никакого проповедника с таким именем не распинали. А апостола Павла вообще не было. Или он жил неизвестно когда... Беда всех протеософов — незнание хронологических построений.

 

Размер — 459стр.

Вадим Черный

Vcherny@yahoo.com

Тел. 380 -50- 3366426

факс 380 - 482- 210411

 

офис «Юником-Юг»

ул.Успенская, 89

Одесса 65011

Украина

 

Необходимо предостеречь от ошибки поиска скрытого смысла. Она особенно распространена среди современных теологов. Евангелисты и Павел были необразованными людьми. Тех тонкостей логики, аллегории и, особенно, филологии, о которых сейчас пишут горы литературы, они просто не могли разглядеть. Вряд ли у них было и современное чувство юмора, основанного на парадоксах, которое часто пытаются приписать Иисусу.

 

Конечно! Евангелисты не были образованными, но, вишь, зародили-де христианство на основе заимствования из индуистских религий, культов Озириса и Дионисия...

 

Христианская история в немалой степени базируется на Флавии, заимствуя из него описания эпохи даже после исключения фальсифицированного Свидетельства. Но неужели историков не смущает отсутствие ранних текстов Флавия на арамейском? Неужели аристократы и философы, для которых писал Флавий, не были шокированы плохим греческим? Не была ли придумана история о том, что оригинал Флавия был переведен на греческий, только для того, чтобы объяснить грубый язык? И неужели же образованный Флавий не только не мог сам писать по-гречески (распространенный в Иудее язык), но даже и оценить перевод? Не являются ли труды Флавия поздней псевдоэпиграфией — и тогда мы практически ничего не знаем об Иудее времен Иисуса?

 

Чем нелепее идея — тем больше вызывает интерес!.. Хорошо известно, что греческие труды Флавия редактировались его грекоязычными товарищами. А вообще, прежде, чем выдвигать ну совершенно нелепую гипотезу, не мешало бы прочесть книгу: Рабжак Т. Иосиф Флавий. Историк и общество. — Москва - Иерусалим, 1993. И не забывать, что «Иудейская война» написана не на “плохом греческом”, а наоборот — достаточно художественном. Нельзя забывать, что существует и другой вариант Свидетельства — из рукописи Агапия. И наконец, уж совсем нельзя понять, почему же “образованный” Флавий не мог “оценить перевод”, ежели греческий — “распространенный в Иудее язык”? Может, как раз наоборот — НЕ распространенный?.. Впрочем, данная работа Вадима Черного пестрит нелепостями с самой первой страницы.

 

Заслуживает внимания история происхождения этой Марии Магдалины. Талмуд в b.Sanh67: “Матерью была Мириам, парикмахер...” Точнее, “укладывающая женские волосы”. Звучит как “Miriam mgadella nashaya” или Мириам Магдалина. Иоанн принял “Мириам — парикмахер” за новое имя “Мария из Магдалы”. А со временем она обросла подробностями. И не только подробностями, а и территорией. Мф15:39 упоминает окрестность Магадан. Так вот ее редакторы исправили на Магдалан, а потом и вовсе на Магдала.

 

Для начала сошлюсь на одну из глав своей книги «Сын Человеческий»: «Кроме того, Цельс утверждает, что Иисус был внебрачным сыном от римского легионера Пантеры (Пантиры). Так, Ориген пишет (Orig.CC.I.28), что Цельс “выводит иудея, разговаривающего с самим Иисусом и уличающего Его в том, что Он выдумал свое рождение от девы, что [...], уличенная в прелюбодеянии, она (Мария. — Р.Х.) была выгнана своим мужем, плотником по ремеслу. Выброшенная мужем, она, бесчестно скитаясь, родила втайне Иисуса”. Далее следует: “Мать Иисуса выводится уличенной в прелюбодеянии и рождающей от некоего солдата по имени Пантера” (Orig.CC.I.32).

Аналогичная версия содержится и в Талмуде (Тосефта.Хулин.2:22), где воин назван Пандирой: “Случилось с р. Элиэзэром бен-Домой, что его ужалила змея, и пришел Яакоб из селения Сама, чтобы вылечить его именем Йэшу бен-Пандиры (Иисуса, сына Пандиры. — Р.Х.)”. Далее (Ibid.2:24; вариант — Вав Талм.Абода Зара.16б-17а) читаем: “Однажды я (р. Элиэзэр бен-Гирканос, рубеж I и II вв. — Р.Х.) гулял по Циппори и встретил Яакоба из селения С’кан’ин; он мне сказал минейское (христианское, еретическое. — Р.Х.) изречение от имени Йэшу бен-Пандиры ( ישו בן־פנדירא ), и оно мне понравилось — [тем самым] я оказался виновным в минействе”. Талмуд называет Иисуса и сыном Стады — бен-Стада. В частности, в мюнхенской и оксфордской рукописях трактата Санhедрин.65б читаем: “Бен-Стада есть бен-Пандира [...]. Стада — муж, Пандира — любовник. [Но ведь] то был Паппос бен-Й’hуда? [Значит,] Стада — его мать. Его мать — Мирйам, завивальщица женщин ( מגדלא נשיא ). Вот почему говорят в Пумпедите: она с’тат-даסטת דאизменила ) мужу”.

Исторической ценности в вышеупомянутых отрывках нет — каламбур убил факты; поэтому верить, что версия об измене Марии Иосифу имеет историческое зерно, не следует. Ведь совершенно нельзя допустить, что римский легионер мог оказаться в маленьком галилейском селении Назарет. Кроме того, есть основания полагать, что имя “Пантера” — это искажение греческого слова “партэнос” (parqenoV) — “девственница”, то есть выражение “сын Пантеры” означает “сын девственницы”».

Короче, Талмуд просто каламбурит: “стада”, “мгадела” и пр. Талмуд любит играть омографией и омофонией. И многочисленные примеры из Талмуда показывают, что в отношении Иисуса сей источник не может являться серьезным (Талмуд, например, утверждает, что Иисус был не распят, а 1) побит камнями или 2) повешен на дереве — и не в Иерусалиме, а в Луде!!), хотя Вадим Черный и пытается придать Талмуду в данном случае некий авторитет.

Галилейский город Мигдаль существовал и вне зависимости от Талмуда. Одна из учениц Иисуса (Мария) вполне могла быть родом из этого селения и именоваться Марией Магдалиной. Сам Талмуд (точнее, Вавилонская Гемара) был составлен в VI веке, когда версия о распутной жизни Магдалины (благодаря гностикам-либертитам и осуждавшему их Епифанию) была всем известна. А потому и талмудисты не упустили возможности приписать матери Иисуса профессию “завивальщица волос”, “мгадела”, намекая на распутство.

См., напр., у меня в «Сыне Человеческом»: «Относительно профессии Марии Талмуд утверждает, что она была “завивальщицей волос женщин”. Здесь составители Талмуда, очевидно, руководствовались желанием создать каламбур, намекая на евангельскую Магдалину, так как в словосочетании “завивающая волосы женщин” ( מגדלא ׀שיער׀ נשייא ) есть слово м’гадэла. В трактате Хаггига.4б читаем: “[...] р. Биби бар-Абайа, он находился при ангеле смерти ( מלאך המות ); этот сказал своему посланцу: иди принеси мне Мирйам, завивальщицу волос женщин. А тот пошел и принес [по ошибке] Мирйам, ухаживающую за детьми ( מגדלא דרדקי )[1]. Сказал [ангел смерти]: ведь я сказал: Мирйам, завивающую волосы женщин. Тот сказал: так, может быть, я возвращу [ее обратно]? [Ангел смерти] сказал: раз ты уже ее доставил, пусть остается”. К этому автор средневекового комментария к Талмуду Тосфот замечает: “[...] это происшествие с Мирйам-завивальщицей случилось при существовании Второго храма, она была матерью известного п’лонúפלוני )”. Слово п’лони переводится как некоторая личность, имярек — так обычно в Талмуде и в комментариях к нему из цензурных соображений именуется Иисус. Цельс, в свою очередь, утверждает, что Иисус “родился в иудейской деревне от местной женщины, нищей пряхи” (Цельс у Оригена. — Orig.CC.I.28). По-видимому, эта профессия Марии более соответствует истине. Ad notam, и в Протоевангелии Иакова сказано, что она пряла пурпур и багрянец для завесы Храма (Протоев.10).»

Нельзя забывать, что Вавилонский Талмуд был составлен лишь в VI веке, и никакой Иоанн не мог заимствовать идеому “Мария — парикмахер”, возникшую несколько веков спустя по написании Евангелия от Иоанна. Теперь что касается разночтений “Далмануфа” — “Магадан” — “Магдала”. В Евангелии от Матфея чтение “Магадан” находится лишь в Синайском, Ватиканском кодексе и в кодексе Безы. Но города такого не было. А вот Мигдаль (Магдала) — был. Подробности по поводу этих разночтений можно посмотреть в моей книге «Сын Человеческий».

 

Отдельный вопрос о происхождении имен с указанием на территорию (Мария Магдалина, Симон Киринеянин, Иисус Назаретянин). В иудейской литературе они встречаются крайне редко (р. Иосия Галилеянин). Можно предположить, что они должны были быть распространены в космополитических общинах христиан. То есть в Палестине не было распространены варажения типа “имя + место рождения”.

 

Ну что скажешь? Автор частенько ссылается на Талмуд, но абсолютно его не знает. А как же Антигнос Сохоянин? Гиллель Вавилонянин? Кфар Валилонянин? Йосэй Иерусалимлянин? Левитас Явнянин? Нитай Арбелянин? Эльазар Мудаинянин? И многие другие??.

 

Совсем не однозначно, что римляне в Иудее подвергали обычных преступников распятию заживо. Это считалось особой жестокостью и именно так упоминалось в летописях. Например, Флавий упоминает, что Антиох Епифаний, сирийский царь, захватив Иерусалим во 2 в. до н. э., распял некоторых заживо.

 

Не так давно Вадим Черный отвергал труды Флавия в качестве серьезных источников, а на теперь на него же и ссылается!.. Да и вообще, какое отношение имеет Антиох к римлянам?..

 

Иисус не умер и от инфаркта — поскольку за мгновения до того он призывал Б. Он бы не мог громко и сознательно говорить при наступающем ударе.

 

Удивительно непоследовательный подход! С одной стороны автор склонен полностью недоверять евангельским свидетельствам, но с другой — совершенно уверен, что предсмертное обращение к Богу можно рассматривать как историческое опровержение версии инфаркта. М-да...

 

Распятие не является единственной версией. Деян 5:30, 10:39 упоминают, что Иисус был “повешен на древе”. Здесь вероятное заимствование процедуры из Втор 21:22-23: “Если в ком найдется преступление, достойное смерти, и он будет умерщвлен, и ты повесишь его на дереве...” То есть, вначале повешение было способом демонстрации казненного, а не собственно казнью. Таковой оно могло стать впоследствии, когда традиция адаптировала Втор 21:22 к популярному у греков и римлян распятию.

 

Уж не хочет ли автор сказать, что римляне подстраивались под еврейскую Тору?.. И кто сказал, что греческое слово xulon (“древо”, “столб”) не может означать и само орудие распятие — “крест”?

 

Такое толкование согласуется и с процедурой казни по M.Sanh 6:4. Причем последующее повешение применялось только для богохульников и идолопоклонников, почему такая казнь была особенно позорной.

 

Предполагаю, что не все знают Талмуд. Потому и приведу некторые отрывки из Талмуда о казни Иисуса. И предлагаю по их прочтении подумать, имеют ли талмудистские свидетельства историческую ценность (на чем Вадим Чернов в отношении Иисуса настаивает)? “Ко всем виновным в смертных грехах не применяют мер тайного розыска, за исключением месита (пострекателя к ереси. — Р.Х.). А как поступают с ним? К нему поставляют двух ученых мужей во внутреннем помещении, а он сидит в наружном помещении, и зажигают у него светильник, чтобы его видели и слышали его голос. Так поступили с Бен-Стадой (одно из наименований Иисуса в Талмуде. — Р.Х.) в Луде: назначили к нему двух ученых [мужей] и побили его камнями” (Тосефта. Санhедрин.10:11). Во как! Талмуд утверждает, что Иисуса казнили не в Иерусалиме, а в Луде. “[...] свидетели, слушающие снаружи, приводят его на суд и побивают камнями. Так поступили с Бен-Стадой в Луде, и его повесили (по-видимому, после побития камнями (?); ср. Втор.21:21-23. — Р.Х.) накануне Пэсаха” (Вавилонский Талмуд. Санhедрин.67а). “Накануне Пэсаха повесили Ешу. И за сорок дней был объявлен клич, что его должны побить камнями за то, что он занимался колдовством: кто может сказать что-либо в его защиту, пусть придет и скажет. Но не нашли в его защиту ничего, и его повесили накануне Пэсаха. Сказал Ула: допустим, он был бы бунтовщиком, тогда можно искать [повод для] защиты; но ведь он месит, а Закон говорит: “не жалей и не покрывай его”. Ешу — другое дело: он был близок к царскому двору” (Вавилонский Талмуд. Санhедрин.43а; барайта изымалась). Ну и кто поверит в историчность таких свидетельств? Разве только тот, кто посчитает работу Чернова серьезной.

 

Кумраниты ведут свое происхождение от Учителя Праведности — священника, изгнанного из Иерусалима. Его сопровождали ученики — другие священники. Он положил начало кумранской секте ессенов. Судя по изгнанию, он создал новую теологию, не принятую саддукеями. Видимо, это учение активно проповедовали, потому что секта долго существовала (странная логика. — Р.Х.) и разрасталась. Кумранская коллекция собственных текстов и псевдоэпиграфии показывает, что между ессенами и христианами не было пропасти.

 

Так уж и не было! Учение ессеев весьма и весьма отличаются от учения христиан. Во-первых, Учитель Праведности был священником и толкователем Закона; орден, возглавляемый им, управлялся духовенством. Во-вторых, обрядов и правил у кумранитов было никак не меньше, нежели у фарисеев. Кумраниты строго соблюдали Шаббат и, в отличие от Иисуса, думали, что в этот день даже вытащить скотину из ямы — великий грех (Дамасский документ.11:14). Иисус шел ко всем обездоленным и презираемым, а Устав общины учил о “вечной ненависти к людям погибели”, как кумраниты называли практически всех, кто не принадлежал к секте (Устав.9:24). В нее не допускали лиц с телесными недостатками (Устав Двух колонок.2:3-9). Строгая иерархическая дисциплина, изоляционизм, постоянное изучение Закона — вот чем характеризовалась жизнь в Кумране. “Избранники” были убеждены, что при наступлении Суда Божия спасутся только они. Более того, они надеялись принять участие в войне против “сынов тьмы” и заранее планировали свои действия в день эсхатологической битвы. Если же в Новом завете и Кумранских рукописях попадаются сходные выражения и образы, это указывает лишь на общую атмосферу эпохи. Не исключена и возможность того, что некоторые ессеи, покинув секту, влились в христианскую экклесию и принесли в нее свои обычаи и понятия.

 

Евангелия не содержат споров о жертвоприношении. Наверняка таких вопросов было множество во время существования Храма. Однако если прототексты возникли после 70 г., когда тема уже не была актуальной, такое молчание вполне понятно.

 

А как же изгнание торговцев из Храма? Или вот этот примечательный стих из Евангелия Эбионитов, которое, как заявляет Чернов, якобы было написано не на семитском, а на греческом: Иисус говорит: “Если вы не оставите жертвоприношений, гнев Божий не оставит вас” (Epiph.Haer.30:10)?

 

Ранние христианские авторы располагают множеством прототекстов (это видно по различиям в их описаниях). Неиудейское население было обычно неграмотным, и переписывать папирусы было дорого и долго. Особенно рассчитывать на устную традицию при географической разрозненности общин не приходится. Как же за несколько десятков лет удалось собрать такой объем прототекстов? За двести лет это легко сделать. Павел говорит об Иисусе как о древней, легендарной фигуре. Это странно, если их разделяет 20 лет, но совершенно естественно, если прошло два века. Павел не питает пиетета к апостолам, и даже не пытается узнать у них мнение Иисуса по тому или иному поводу. Это понятно, если он знал, что они никогда не видели Иисуса. Сан апостола мог означать некую преемственность религиозной власти (как первосвященник от Аарона), а не личное знакомство с Иисусом.

 

Все понятно. Здесь Вадим Черный продолжает традиции совкового атеизма, его мифологическую трактовку личности Иисуса, при которой и годы жизни всех новозаветных писателей пришлось отодвинуть на несколько веков. Удивительно, что в начале книги Вадим вроде бы соглашается, что Павел жил и писал в I веке (правда, он датирует Павловы послания не 50-ми, а 60-ми гг. I века). Беспринципность, с которой автор жонглирует теми или иными концепциями, порой просто диаметрально противоположными, поражает. И еще более поражает, что и поныне находятся этакие “мастодонты”, которые уже признавая историчность Иисуса, продолжают пропагандировать доктрины соватеистов, не замечая, что они просто взаимоисключающие. Я не знаю, как Вадим объясняет, что Папирус 46 с Павловыми посланиями учеными датируется концов II века, если сам Павел якобы писал в III веке? Я не знаю, как он будет опровергать свидетельства Тацита (Annal.XV.44), Светония (Nero.17) и Плиния Младшего (Epist.X.96). Мало того, я не видел до сих пор хоть на йоту серьезной критики по поводу места XX.9:1 из «Иудейских древностей» Иосифа Флавия (в пылу критики т. н. Testimonium Flavianum все почему-то забыли и о другом упоминании Иосифом Иисуса). Впрочем, Вадим вроде исключает аутентичность произведений Иосифа Флавия, но это не более, чем нелепое утверждение. С такой идеологией придется отодвинуть на несколько веков вперед не только Павла и других новозаветных писателей, а также языческих историков (II—III вв.), которые упоминали о христианах, но и всех поголовно персонажей, упоминаемых ими. А это уже — методы академика Фоменко. При этом самое удивительно, что Вадим признаёт исторический характер ереси Маркиона (Марциона). Тогда спрашивается: каким образом Маркион еще в первой половине II века умудрился отобрать для своей религиозной концепции 10 посланий Павла и Евангелие от Луки, исключив из него другие книги, известные по новозаветному канону? Как умудрился Маркион в первой половине II века отобрать десять посланий Павла, если бедолага Павел жил и писал только в третьем веке?!.

 

С одной стороны, секта ессенов. Известная нам по независимым источникам, со множеством дошедших до нас текстов, имеющая по меньшей мере две точные географические локализации в Иерусалиме и Кумране, насчитывающая тысячи членов. Известны ее деятели, учение, некоторая часть истории. Около 68 г. секта внезапно и бесследно пропадает.

 

Почему внезапно? Орден ессеев исчез по причине Иудейской войны, по причине того, что Кумран захватили римляне, выкуривая оттуда зелотов. Кроме того, откуда эта дата — 68 г.? Сами Кумранские рукописи не могут быть датрованы с такой точностью. Отвечаю: всё оттуда же — от Иосифа Флавия и других современников, которым Вадим как бы не доверяет. Тогда возникает вполне логичный вопрос: почему мы, доверяя свидетельствам того же Иосифа о ессеях, напрочь не доверяем ему в отношении Иакова — брата Иисуса, христианина и епископа первой христианской экклесии, — контролирующего христитанские общины (Гал.2:9 и след.) и казненного в 62 году (Antiquit. Judaeorum.XX.9:1)?.. Вразумительный ответ на этот вопрос вряд ли можно дать.

 

Не остается для истории никого из последователей, ничего из учения. Учение ессев было хорошо известно и после этого (Плиний Старший, Иосиф Флавий, Евсевий). Она как бы внезапно растворяется. Да просто разогнали римляне всех ессеев со своих мест. А ессей вне изолированной ессейской общины вроде как и не ессей. Кстати, видимо, многие из ессеев действительно стали разделять христианские взгляды и влились в общины эбионитов. В это же время возникает другая секта — христиан. Возникает из ниоткуда. Происхождение теологии, истории секты, лидера, локализация — неизвестны.

 

Да почему неизвестны?.. Неизвестны только в том случае, если намертво упереться рогом и утверждать, что Иосиф Флавий не писал о казни Иакова брата Господня, епископа Иерусалимской Церкви, в 62 году. Неизвестны, если отвергать свидетельства Светония и Тацита, что христиане еще в 64 году подвергались гонениям в Риме. Неизвестны, если продолжать утверждать, что Павел жил и писал в III веке, а не в 50-х гг. I века. Неизвестны, если считать подделками все до единого послания Мужей Апостольких на рубеже I и II вв. Неизвестны, если не хотеть знать...

 

В этом случае, Иисус не был слабым образом полузабытого Учителя Праведности.

 

А что, кто-то еще и до сих пор отождествляет Иисуса и Учителя Праведности (II в. до н. э.)?!. Ну что я могу сказать? Мало того, что две эти личности разделяли почти II века, так ведь, кроме того, Учитель Праведности не был казнен; о его кончине в Кумранских текстах говорится в спокойных эпических тонах (Амусин И. Д. “Учитель Праведности” кумранской общины. — Ежегодник Музея истории религии и атеизма: Т. 7. — Л., 1964, стр. 255 и след.; Старкова К. Б. Литературные памятники Кумранской общины. — Л., 1975, стр. 43 и след.; Carmignac J. Christ and the Teacher of Righteousness. — Baltimore, 1962). Ну а о том, что Учитель Праведности был священником и учения кумранитов и христиан различны, я уже говорил.

 

Когда Иисусу говорят, что его мать и братья хотят встретиться с ним, он утверждает, что его настоящая семья — ученики и последователи. Характерно, он вообще отказывается встретиться с матерью. Необходимо понимать абсолютную невозможность такого шага в рамках традиционного иудаизма, придающего огромное значение уважению к матери.

 

Это вполне объяснимо, если учитывать, что мать Иисус и его братья хотели “взять Его” силой, “ибо говорили, что Он вышел из себя” (Мк.3:21,31-35). Ничего удивительного, что Иисус отказался выйти к матери и братьям, ибо в доме учинить насилие было нельзя в рамках того же традиционного иудаизма.

 

Это можно объяснить известной нам традицией. Ессены не вступали в брак сами, но принимали детей и воспитывали их в общине.

 

Не все. Уже Иосиф Флавий различал ессев, отрицавших брак (Bell. Jud.II.8:2; Ant. Jud.XVIII.1:5), и ессеев, живших в браке (Bell. Jud.II.8:2).

 

Если предположить, что Мария имела нескольких детей, но жила без мужа (была вдовой, разведенной или вообще не была замужем), то она могла отдать одного из детей ессенам.

 

Самое смешное здесь то, что она, получается, отдала ессеям первенца (Мф.1:25; Лк.2:7), а значит, многодетной Мария могла стать лишь в том возрасте, когда Иисус уже вышел за пределы “нежного возраста”. Взрослых детей ессеи уже не принимали (Josephus Flavius. Bellum Judaeorum.II.8:2). Вот лишь то немногое, что сразу же бросается в глаза. Мешанина из множества доктрин не дает возможности даже выявить твердый стержень повествования и часто сталкиваешься с координально противоположными выводами в рамках одной главы. Не побоюсь сказать, что работа эта вредная. В некоторых местах нелепиц столько, что приходится комментировать чуть ли ни каждое предложение. Не книга, а каша.

 


[1] В обоих случаях в оригинале одно и то же слово — מגדלא.

 

 

 

Библиотека Руслана Хазарзара  
Hosted by uCoz